Тонкая работа Лидии Султрековой: как сберечь родной язык

Тонкая работа Лидии Султрековой: как сберечь родной язык

Родной язык – это живая связь поколений и основа национальной культуры, поэтому его сохранение – одна из главных задач. В Таштыпском районе эту миссию ежедневно выполняют учителя хакасского языка, вкладывая в уроки не только знания, но и любовь к малой родине.

Педагог хакасского языка Бутрахтинской школы Лидия Максимовна Султрекова – один из таких педагогов: каждый урок она проводит так, чтобы язык был интересен и понятен школьникам.
– Когда я училась в школе, были тяжелые времена. Они выпали на девяностые и начало двухтысячных. Поэтому по ее окончанию, выбора, куда поступать, особо не было. Поступила в Хакасский государственный университет в Институт саяно-алтайской тюркологии. Родители меня на экзамены возили и настроили, что буду там учиться.
После университета вернулась в Бутрахты. Устроилась работать в школу. Один год была учителем английского языка, потому что педагогов не хватало. Потом перевели на учителя русского и хакасского языка. Уже двадцать один год непрерывно работаю тут. Время так незаметно летит.

– Когда начали преподавать хакасский были ли сложности?
– В принципе нет. Я язык хорошо знаю. Выросла в этой языковой среде, поэтому каких-то проблем не было. Вся моя семья разговаривает на нем.

– С какого возраста дети в школе начинают изучать родной язык?
– С первого класса, даже с детского сада. У нас есть педагог, который занимается с ними.

– Возникают ли сложности при работе с детьми?
– В первую очередь весь настрой на изучение языка идет из семьи. Дети же, как губка, все впитывают. Если родители будут хорошо отзываться о родном языке, то и у ребятишек будет желание его изучать. А значит, и нам легче работать с ними.
Поскольку я учу детей основной и старшей школы, ко мне ученики приходят уже с какими-то знаниями. И к окончанию школы ребята на бытовом уровне понимают хакасский язык и разговаривают на нем.

– Бывали ли ситуации, когда родители не разговаривают на хакасском, но хотят, чтобы ребенок изучал его?
– Поскольку у нас территория, где практически все семьи разговаривают на родном языке, таких ситуаций ни разу не было. Возможно, это может складываться в молодых семьях, но пока что я с этим не сталкивалась.
Бывает, семьи приезжают с вахты в отпуск, и если выпадает на учебный год, то детей к нам отдают. И когда заявление пишут, у нас обучение на русском языке идет, но обязательным условием – с изучением родного языка. Никто никогда не сопротивлялся. Родители знают язык, и хотят, чтобы и ребенок знал его.

– Бывают ли еще интересные ситуации? Например, на уроках?
– Каждый урок – это интересная ситуация. Дети часто коверкают язык. Порой проверяю сочинения или изложения, читаю как анекдот. То букву пропустил, и слово совсем другое получается, то местами их переставил. Например, есть слово Пӱр – это лист на хакасском, а есть Пӱӱр – волк. И если ребенок не внимательно написал, то у него получается, что не листья с неба падают, а волки (смеется).
Дети все разные, со своими особенностями. У меня есть один ребенок. Класс абсолютно спокойный сам по себе, а мальчишка постоянно вертится. Каждый урок он садится примерно на второй парте посередине класса и «работает» на все 360 градусов. При этом он хорошо учится.

– Помогают ли современные технологии в изучении родного языка?
– У меня есть одногруппник, он корреспондент. И он ведет чат, где отправляет такие вот всякие интересные вещи, связанные именно с хакасским языком. Постоянно скидывает клипы с хакасскими песнями, которые создаёт с помощью искусственного интеллекта. Постоянно держит в курсе ситуации по обучению и хакасскому языку и тоже нам предлагает этим пользоваться. Но если честно, я не сторонник этого. Может где-то моментами это бывает полезно, но считаю, что живое слово незаменимо. Общение лучше. Да, это можно использовать, если продемонстрировать в иллюстративном плане, на уроке-путешествии. То есть использовать как сопровождение.

– У вас есть ученики, которые хорошо сдали экзамен и писали олимпиады по родному языку.
– В качестве экзамена ребятишки выбирают сами. Обычно я стараюсь спрашивать заранее, кто будет его сдавать. При должной подготовке все дети сдают хорошо. Но все-таки зависит от того, как ученик учился до этого все годы. Если двоечник, конечно, его нужно усиленно готовить. При подготовке к экзаменам все равно можно понять, что он схватывает, а что нет.
А вот по олимпиадам немного ситуация другая. С восьмого по одиннадцатый класс все пишут олимпиаду на школьном уровне. И с ребятами, которые стали победителями и призерами уже занимаемся, повторяем все с самого начала. А это никогда не будет лишним.

– Не раз замечала, что ученики здороваются и прощаются на хакасском языке.
– Это работа родителей и немало нашего труда как педагогов. Иногда спрашиваешь у детей: «Вы кто по национальности?», они отвечают «Хакасы». Говоришь им «Тогда почему вы не говорите базовые слова, как «Изеннер» и «Анымчохтар». Они понимают это и начинают говорить на хакасском.

– Хакасский язык со временем как-то изменился?
– Да. В нем стало появляться много русских слов. Даже за собой наблюдала, что употребляю их чаще.
Например, фраза: «Если пойдет дождь, я никуда не пойду». Ее нельзя произнести, используя только хакасский язык. Слово «если» у нас буквально не переводится на хакасский язык, тогда нужно прибавлять аффиксы к некоторым словам, и тогда приходится строить предложение по-другому. То есть сложнее становится. Поэтому проще употребить русское слово, и уже смысл понятен.

– Что бы Вы посоветовали людям, которые хотят изучать хакасский язык?
– Иметь желание. Если человек действительно хочет и ставит перед собой цель выучить родной язык, тогда все получится!
Родной язык для Лидии Максимовны выходит далеко за рамки школьных уроков – он бережно хранится и звучит в стенах родного дома.

– Я всегда разговариваю на хакасском дома. Но сейчас у меня старший сын встречается с девушкой, и она не знает языка. Приходится разговаривать на русском. Но я ее потихоньку учу хакасскому.
У меня сыновья с рождения знают родной язык. Была ситуация, когда младший пошел в детский сад. Один раз вернулся домой и начал говорить на русском. Пришлось объяснить воспитателю, что с моим сыном нужно разговаривать на хакасском.
Дедушка у нас в семье разговаривает только на родном, ему так проще. И мне тоже иногда легче сказать на хакасском.

– Ваша семья еще как-то сохраняет культуру?
– Стараемся через одежду и украшения. В свое время мне тетя отдала плащ. Он был немного старомодненький, решила его стилизовать. У меня есть сестра, которая умеет шить. В общем, мы с ней посидели, подумали, добавили хакасских орнаментов и получилась красота. Я теперь в нем постоянно хожу. Первый раз в нем вышла вместе с детьми на республиканском конкурсе. Там два направления было: стилизованная и традиционная одежда. Мы пошли на стилизованную. Подготовиться сестра помогла: сыновьям галстуки с орнаментами сделали, рубашки орнаментировали.
Старший сын, когда поехал учиться, рубашку эту с собой забрал, там на мероприятия в ней ходил. А когда учился в седьмом классе, ему сшили традиционную белую рубашку и холтыргас. Потом по наследству это перешло младшему сыну.
Из блюд постоянно готовлю шарики из талгана, у меня бабушка всегда сама его делала. У нее все инструменты были. Но когда ее не стало, все инструменты младшей дочери достались. Когда я была маленькая, помогала бабушке.
Раньше держала хозяйство и часто готовила блюда из мяса. Например, внутренним жиром обматывали кусочки печени, потом как шашлыки жарили.
Постоянно всей семьей отмечаем национальные праздники. В селе сложилась хорошая традиция – организовывать праздники на всю деревню, например, Чыл Пазы. И мы все стараемся посещать семьей, принимать участие в конкурсах и так далее.
У нас род такой, если надо собираемся быстренько, организовываемся. Например, в 2015 году на республиканском Уртун Тойы родом всем вышли и победили.
У меня в роду столько интересных людей: и писатели есть, и великие охотники, и труженики тыла, и ветераны, и богатыри, можно сказать, есть. И я этим очень горжусь. Теперь у меня стоит задача – собрать всю информацию вместе и возможно, со временем сделать книгу о нашей семье.

– А как Вы проводите свободное время?
– Много чем увлекалась. У меня подруга шила, и я тоже этим увлеклась. Сшила себе два стилизованных хакасских платья и сигедек, украшенный стразами. Потом начала делать пого. У меня много их было. В итоге все раздала и распродала. Думаю, надо снова этим заняться.
Бывало, стихи писала. Просто эмоции копятся, хочется их как-то выплеснуть. Какое-то время спортом занималась, играла в волейбол. И танцевать успевала.
Обожаю участвовать в капустниках новогодних, когда в клубе ставят новогодние представления. Обязательно какую-нибудь роль предлагают. Бывало, и богатырей играть приходилось. Была и Снегурочкой в свое время, Дедом Морозом тоже была и Бабой Ягой была. Я всегда выбираю неординарных героев с юмором, я их обожаю. Все-таки Новый год - это время праздничного настроения и веселья.
Люблю читать книги на хакасском языке. Всегда отслеживаю новинки. Мечтаю заполучить первый женский роман на родном языке.
В общем, чем я только не занималась. Сейчас времени на все не хватает.

Для Лидии Максимовны хакасский – не предмет из расписания, а часть её мира: дом, семья, праздник и тот самый тёплый смех на уроке, который делает родное слово своим. Благодаря ей язык перестаёт быть далёким и «учебным», превращаясь в нечто по-настоящему нужное – в живую речь, в связь поколений, в ощущение дома.

Автор: Дарья Охотникова