• Архив номеров
  • знач. изм.
    EUR USD 26/10 76.47 -0.6142
    EUR EUR 26/10 90.41 -0.9421

Архив

Последние комментарии

Объявления

Вопрос-ответ

Новигатор на сайте не даёт возможности поиска нужного выпуска .Год обозначен,а по месяцам нет ориентации. Формальный подход к этому моменту.

Обратимся к разработчикам сайта. Может исправят.

Добавить вопрос

Имя
E-mail
Вопрос:
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Отправить

    Они не в школе дали главный свой урок

    75 лет Великой Победы. Учителя в солдатских шинелях

    2020.10.09 51 0
    Они не в школе дали главный свой урок

    Продолжаем рассказ об учителях в солдатских шинелях. Учителях Большесейской школы.

    Венец терновый для учителя

    Галина Романовна Канзычакова пишет: «В это же время в школе работали Сущенко Леонид Васильевич и Круглов Павел Иванович. На фамилию Круглова П.И. в «Мемориале» есть несколько документов: по одним – пропал без вести, в одном документе – приговорен к высшей мере наказания за дезертирство и расстрелян, еще – умер от ран».

    Судьбы фронтовые… Но фраза «расстрелян за дезертирство» бьет наотмашь. Уговариваешь себя, что мы не имеем никакого права судить их, это не мы шагнули в огненный котел войны, но все равно – по-особенному больно.

    Горькая правда войны. Был ли частью этой правды учитель из Большой Сеи Круглов Павел Иванович?

    И нет – он не был расстрелян за дезертирство, и да – его судьба горька и до сих пор покрыта туманом времени.

    Есть лишь один документ, позволяющий с полной уверенностью сказать – это наш Павел Круглов. И два документа, позволяющие с большой долей вероятностей проследить его судьбу.

    Первый документ «Списки безвозвратных потерь», составленный 23 июля 1945 года и направленный начальнику управления по персональному учету потерь сержантского и рядового состава действующей армии. Документ под грифом «Секретно». И причина этой секретности в том, что в списках имена «бывших военнослужащих, находившихся в плену противника».

    С какой целью предоставлялись такие списки и почему в конце войны? И если это списки безвозвратных потерь, почему не указана дата гибели? И почему бойцов, попавших в плен, выделяют в отдельный перечень, если речь о потерях, то «мертвые сраму не имут». Зачем? Да, фронтовые документы часто ставят в тупик.

    225 страниц, 1475 фамилий. И под номером 453 значится Круглов Павел Иванович. Дата рождения 1920 г. Образование среднее. Член ВЛКСМ. Призван в ряды РККА в 1939 году Таштыпским райвоенкоматом. Попал в плен в 1941 году.

    Все сходится. И даже довоенная судьба прорисовывается. Жил парень, учился, получил полное среднее образование, значит, скорее всего из семьи, где считали это важным. До войны и семь классов было неплохим образовательным уровнем. У Павла среднее, это билет в учителя. 16-17-летний учитель в то время – это не редкость. Стране, в которой массово преодолевают безграмотность, постоянно открывают школы, к учительскому столу вставали даже те, кто окончил 7 классов.

    И до призыва в армию молодой педагог успевает поработать в школе два года. Его имя есть в табеле о получении заработной платы в 1939 году.

    На оттиске штемпеля исходящей корреспонденции неясно читается: Штаб 48 армии. Можно предполагать, что боевые действия Павел окончил в составе частей 48-й армии. Это всё, что можно сказать наверняка.

    Вариации судьбы

    Пытаюсь отыскать след военный, послевоенный… Еще один Павел Иванович Круглов 1920 г.р. есть в списках 113-го запасного стрелкового полка в числе военнопленных, освобожденных на территории Польши. Польский бланк, заполненный русскими фамилиями.

    «Павел Иванович Круглов уволен из РККА 22.04.1943», Павел Иванович Круглов есть в госпитальных списках умерших. А еще есть Павел Круглов, погибший в 1943-м, и Павел Круглов, расстрелянный за дезертирство в 1942-м. И Павел, награжденный орденом… Впрочем, этот не наш. Этот из Московской области. Но все они – Павлы Ивановичи Кругловы, все 1920 г.р., лейтенанты, рядовые, сержанты…

    И возникает ощущение, что в ворохе горя и боли, выпавших на долю двадцатилетних Павлов, я, как среди строя близнецов, силюсь найти единственного нашего… Тридцать девять Павлов Кругловых… Сибиряк, отзовись!

    Вот еще одни Павел Иванович Круглов 1920 г.р., и в примечательном документе – списках, составленных Оборским леспромхозом, расположенном в поселке Обор района им. Лазо Хабаровского края. Списки бывших военнопленных, работающих в Оборском леспромхозе и проживающих в поселке Сита. Первая мысль, что найденный документ сугубо местного значения. Но 517 тружеников ЛПХ, прошедших плен?!

    Напротив фамилии Круглов кратко – был в плену в Норвегии с 22.06.1941 по 9.04.1945.

    Мог ли попасть в Норвегию сибирский парень? Мог. Через норвежские лагеря прошло около 100 тысяч советских солдат. И точно известно, среди них был Круглов Павел Иванович 1920 г.р. Был ли он нашим земляком, призванным Таштыпским РВК на защиту страны? Отзовись, учитель Павел Круглов! Скажи – это ты?

    И он отозвался. Ответ с сайта «Забытый полк» (возьмите на заметку все, кто ищет информацию о судьбах без вести пропавших).

    «Номер донесения 118994.

    Тип донесения – донесения об освобожденных из плена.

    Дата донесения 30.07.1945.

    Название источника информации – 46 полев. арм.

    Документ истолкован Вами неверно. Это не списки потерь части. Это список освобожденных из плена и направленных в 146 армейский запасной стрелковый полк, вероятно из-за нехватки бланков соответствующего образца, список составлен на бланке «Безвозвратных потерь части». Документ свидетельствует, что 1500 человек освобождены из плена. Июль 1945 года, война уже закончилась. На момент донесения Круглов Павел Иванович жив. Где и когда попал в плен, в донесении не указано, где служил до плена, тоже не указано. Карточки военнопленного на него не обнаружено. Возможно, он и не погиб, но не вернулся на родину».

    Этот ответ и радует, и окатывает волной безысходности.

    Из плена в… плен

    Павел освобожден затем, чтобы вновь пойти плен, но уже советский.

    Итак, все же Норвежский концлагерь. Их было 212 этих северных концлагерей для военнопленных. Военнопленные использовались для строительства дорог, работы в каменоломнях, строительства береговых фортификационных укреплений. Принято считать, что условия в норвежских лагерях были не столь ужасны, как в концлагерях Германии. Принято, но вот вам выписка из медицинских отчетов лагеря «Бьейсфёрд», она очень красноречиво говорит об условиях работы:

    «5 июля 1942: 87 больных / 800 работоспособных,

    10 июля 1942: 175 больных / 710 работоспособных,

    14 июля 1942: 205 больных / 677 работоспособных,

    16 июля 1942: 260 больных / 618 работоспособных,

    17 июля 1942: 310 больных / 566 работоспособных».

    В лагерях Норвегии с её промозглым климатом не было нужды тратить патроны на военнопленных, их просто лишали теплой одежды и еды и человек медленно умирал.

    Вот еще пример. Лагерь «Булэрне» находился на скалистом морском острове. Почти триста человек привезли сюда для строительства оборонительных сооружений. Через год в лагере зафиксировали вспышку туберкулеза. Здоровых людей вывезли, а в «Булэрне» оставили больных – без медицинской помощи и с минимумом еды. И ослабевшие заключенные лежали на полках бараков в ожидании смерти. Антисанитария и голод царили в лагере, большинство людей обессилило, многие не могли дойти в уборную. Мертвых не хоронили – не было сил. Их просто сбрасывали в море. Фашисты, опасаясь заразы, несли охрану, не заходя за колючую проволоку.

    Норвегию освободили в 1945 году. В первых числах мая распахнулись ворота концлагерей. И пройдя комиссию Красного Креста, вчерашние пленные были отправлены домой. Вот воспоминания узника М.А. Ильченко:

    «По команде мы проследовали в порт, где нас уже ждал гражданский пароход. Нам объявили, что на нём мы отправимся на Родину. Кто-то предложил спеть песню для шведов, и я затянул: «Ой при лужку, при луне, при знакомом поле…», меня дружно поддержали другие, и сразу напротив нашего взвода стали собираться шведы. Когда песня закончилась, из толпы шведов раздались голоса: «Катюша! Катюша!». И я запел «Катюшу». Как же мы были удивлены, когда многие шведы стали петь вместе с нами.

    Здесь же, в порту, на лодке плавали две девушки, и когда мы закончили петь, они затянули песню про Москву, и мы с радостью слушали:

    …Кипучая, могучая, никем непобедимая,

    Страна моя, Москва моя, ты самая любимая!..»

    Наверное, с такой же радостью и надеждой покидал Норвегию и учитель Павел Круглов.

    Но ждала его любимая страна совсем не с теплыми объятьями.

    Спецпоселение

    Спецпоселение. Поселок Обор, Хабаровский край. И опять плен. Вот как встречала солдата и мученика страна. Даже теперь несправедливость обжигает. За что? Разве мало им было мучений в плену фашистском?

    А как же эта несправедливость жгла Павла?..

    С каменоломен Норвегии – на лесоповал Хабаровского края. Поселок Обор, где находился леспромхоз, возник в 1926 году для освоения запасов Уссурийской тайги.

    Есть справка УНКВД по Хабаровскому краю, где указано, что в 1945 г. спецпоселенцы Оборской комендатуры выполняют план на 178%, а по лесной отрасли выработка составляет до 300%. «Трудятся с энтузиазмом», сказано в отчете. Указано и то, что жилищные условия спецпоселенцев – удовлетворительные. В бараке – 3,2 кв. м на человека, в жилых домах – 4,5 кв. м. И отмечено, что «за отчетный период учтено 2 прогула. Прогульщики осуждены по Указу Президиума Верховного Совета СССР».

    Три нормы выработки и три метра жилья… Вот как встретила Павла Родина.

    Почему? Цитирую приказ Ставки Верховного Главного Командования Красной Армии за №270 от 16 августа 1941 г. «Об ответственности военнослужащих за сдачу в плен и оставление врагу оружия»:

    «...срывающих во время боя знаки различия и сдающихся в плен считать злостными дезертирами, семьи которых подлежат аресту как семьи, нарушивших присягу и предавших Родину;

    таких дезертиров расстреливать на месте;

    попавшим в окружение – сражаться до последней возможности, пробиваться к своим, а тех, кто предпочитает сдаться в плен, уничтожать всеми средствами, а семьи, сдавшихся в плен, лишать государственной помощи и пособий;…»

    Этот приказ приравнял военнопленного к дезертиру и предателю.

    Знаете, мне приходилось читать об исторической обоснованности приказа в те, самые первые и тяжелые месяцы войны. Но ведь его действие в полной мере испытывали бывшие пленные и после войны. Зачем?

    Да, горькая правда войны. Как к этому относиться? Я не знаю. Но твердо уверена, что терновый венец мученика так же свят, как лавровый венок героя. И вечная память учителю в мученическом венце – Павлу Ивановичу Круглову.

    В списках награждённых в 1985 году юбилейным орденом Великой Отечественной войны есть Павел Иванович Круглов 1920 года рождения, проживающий на момент награждения в Казахстане. Я не знаю, наш это герой или нет, но отчаянно верю, что Павел прошел живым и через спецпоселение Хабаровского края. И Родина простила ему вину, которой не было. И пусть в 1985 году, но он получил боевую награду. Награду мученика…

    Наталья Ковалева

    На снимке: советские военнопленные, Норвегия и фанерные бараки, где их содержали

    Номер:

  • распечатать
  • отправить другу
  • Комментарии

    Имя
    E-mail
    Текст
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
    Отправить
    Сбросить

Актуально

Новости

Фотогалерея

Каталог предприятий

    раскрыть списокскрыть список